«Всем праздник, а мне – наряд вне очереди…»

Воспоминания Г.И. Левицкого – участника запуска Ю.А. Гагарина. С каждым днём все ближе знаменательная дата – 55 лет первому полёту человека в космос. К этой дате редакция газеты печатает отрывки из воспоминаний Григория Ивановича Левицкого. Очерк публикуется (с сокращениями) из сборника «Берег Вселенной» (Киев. 2014 г.). Книга любезно предоставлена историком космодрома Ю.Н. Петровниным.

«Куда я попал?!»

«В моей жизни есть много различных событий, но службу на космодроме Байконур я по-особому вспоминаю. Сердце, как в юности, радуется за большущий успех страны. Гагаринский полёт, его подвиг никогда не забудутся, ни с чем не сравнятся! Ах, Гагаринская улыбка, как рано ты увяла… Тебе, любимая, цвести, расти…

Я был призван в армию 30 октября 1958 г.

Службу проходил в г.Узине в авиационной части, входившей в состав 42 Воздушной сверхдальней стратегической бомбардировочной армии.

11 июля 1960 г. в воскресенье я гонял мяч на стадионе. Слышу голос дневального: «Левицкий! К командиру роты!» Подумал: «Зачем это? Ведь выходной день…» Ротный майор Букин сказал: «Вот что, Левицкий. Вы и ещё 9 человек едете служить в другое место. Да, ещё запомни, что вы, младшие специалисты, закончили ШМАС». (…) Миновав Оренбург, мы увидели девушку-казашку, которая ехала вдоль железной дороги верхом на верблюде и почему-то хором закричали: «Ура!». Проезжаем Актюбинск, Челкар, Аральск. Вот и Аральское море. На остановке местные жители предлагают кумыс, рыбу, верблюжью шерсть. Едем дальше, минуя Новоказалинск… и, наконец, тёмной ночью – станция Тюра-Там. На станции нас пересадили в другой поезд, вагоны пассажирские.

Произвели проверку, и мы поехали, как будто на северо-восток (ориентируясь по звёздам). Минут через 20 – остановка. Вошли офицер и солдаты, и опять – поимённая проверка. Проехали ещё, и опять – КПП и та же процедура. Наконец, поезд остановился.

Раздалась команда: «Выходить с вещами!» Прошли метров 10-15, и под какой-то стеной, положив вещмешки, легли спать.

Г.И. Левицкий родился 18.02.1939 г. в с.Адамовке Врадиевского района Николаевской области. Проходил службу на космодроме Байконур с 1960 по 1962 годы. Участник запуска Ю.А. Гагарина. Проживает в с.Адамовке.

Проснувшись утром, я увидел высокую трубу котельной, большущий дом, справа –
поменьше, оказавшийся столовой, – казарма и одно недостроенное здание. И больше – ничего. (Да, картина Репина «Приплыли…»). Потом опять построение. Пришёл капитан-медик и с ним сержант, который держал банки с заспиртованными пресмыкающимися.

Он сказал: «Вы прибыли в регион, где много солнца и песка, но это не пляж.

Раздеваться, разуваться и лежать на песке нельзя, так как здесь обитают змеи, скорпионы, фаланги. После зимней спячки они весной очень ядовиты». Взяв у сержанта банку со спиртом, он сказал: «Перед вами змея-стрелка, а вот – фаланга». Банка пошла по рукам. Куда я попал?!

Поскольку казарма наша ещё строилась, то нас поселили в палатки. Утром, задолго до команды «Подъём!» в одной из палаток как заорёт солдат: «Фаланга на одеяле!» И все рванули туда. «Не дави, – кричат, – дай посмотреть!» И уже – не до сна. Другой идёт к умывальнику: «Змея!», и все – туда… У страха глаза большие. Но за всю мою службу от них никто не пострадал. Они – сами по себе, мы – сами по себе…

«Русиш Канаверал»

Теперь о службе. Хотя испытательный полигон Байконур большой, мне посчастливилось служить на площадке 2.

Был август 1960 года. Здесь полным ходом шла подготовка к полёту в космос первого в мире человека. Стартовали собачки Стрелка и Белка, Чернушка и Звёздочка, манекен «Иван Иваныч»… Во время этих запусков нашу группу вывозили за 3 км в степь. Там были оборудованы окопы. И все туда… (…)

Вспоминаю, как нам выдали пропуска и решили впервые привезти на космический старт. Перед КПП части был бюст К.Э. Циолковского. На нём слова: «От эры поршневой – до эры реактивной». Предъявив пропуск часовому, мы поехали на старт. Я впервые увидел старт и ничего не понял. Огромная яма, две стены, пилоны, на которых смонтированы фермы. Ничего не понял, пока не увидел, как на них устанавливается ракета. Сам я родом из небольшого села на Николаевщине. В то время в селе электричества ещё не было. Образование – 7 классов, специальности не было. Поэтому – как и в авиации, так и на космодроме, мне всё было интересно. Вот прошло 50 лет. А всё – в памяти. (…)

Нашу группу разделили на команды, расчёты стола, заправки керосином, кислородом, наводчики, расчёт установщика и т.д. Мне досталась система СА-101. Стационарная защита изделия сжатым воздухом, азотом и водой. Короче – противопожарная система. Во время пуска ракеты наружная часть площадки защищалась от пламени водой и азотом. (…)

Режим секретности был очень строг. Фотоаппараты изымались сразу. Письма проходили цензуру – нельзя было заклеивать конверт. Фамилию, имя, отчество надо было писать полностью. Слово «ракета» из разговорного лексикона – искоренить, только слово «изделие». Почти в каждую неделю «особняк» читал письма тех, кто хоть в какой-то мере писал что-то запрещённое. Но американские спутники-шпионы своё дело делали.

Как-то листал подшивку газет и увидел карту нашего Байконура. «Русиш Канаверал» – писали американцы. А из Пакистана, в районе города Пешавара на этот объект нацелена ракета…

Мне в сентябре был объявлен отпуск. Но, в связи с гибелью Неделина, отпустили аж 5 декабря и то – вызвали в «особый отдел»: «С делом Неделина знакомы? – Так точно! Авиационная катастрофа, ответил я. – Распишитесь». Эта трагедия повлияла и на мою демобилизацию. Ведь приказ был 14 сентября 1961 года, а домой отпустили в феврале 1962-го… (…)

Служба шла своим чередом. Где-то в начале весны 1961 года площадка 51-я была готова. Все расчёты старта сдали экзамены. Впервые привезли из МИКа учебную ракету 8К75 без пирозапалов. Заправляли керосином с восьмиосного вагона и кислородом.

Произвели проверку всех систем и агрегатов. Прозвучала команда: «Пуск!» Потом слили топливо и отправили ракету в МИК. Замечаний нет. (…)

«Ребята, завтра полетит Гарин»

9 апреля 1961 года (на Пасху) мы впервые сделали пуск боевой ракеты с пл.51 в Тихий океан. Перед этим было сообщение ТАСС о том, что в таком-то квадрате Тихого океана будут проходить учения, и заходить кораблям в этот квадрат нельзя. Через 25 минут после пуска – команда на построение. Построились буквой «П». Перед строем вышел Сергей Павлович Королёв. Сняв шляпу, он сказал: «Спасибо за точный пуск! Точный пуск и попадание в заданный квадрат Тихого океана свидетельствуют о том, что Родина получает новые образцы оружия – такого необходимого для её защиты! Спасибо!» Мы дружно ответили: «Служим Советскому Союзу!» Я вспоминаю это с большой гордостью!

А через день из МИКа вывозят на старт Гагаринскую ракету. От МИКа и до старта её пешком сопровождало великое начальство. Ракета стояла на старте двое суток. Я спустился по стапелям на нижнюю отметку. Двадцать двигателей надо мной закрыты красными крышками. В нижней части ракеты, где поворотные рули, есть никелированная полоска. Я нажал своим указательным пальцем, и на ней остался отчётливо мой отпечаток. (Это – не забывается, не верится самому в это чудо! Грех…)

Вечером 11 апреля Володя Коханист – сержант, который работал на установщике в МИКе, сказал нам: «Ребята, завтра полетит Гарин». Видимо, не расслышал фамилию.

Идеология концепции «Подними голову!!»
Мы все куда-то спешим…погружены в себя…всегда полно забот…когда мы решаем одни проблемы – появляются другие…
У нас нет времени поднять голову и посмотреть вверх!
Зачем? Ведь, кажется, что наверху нет ничего интересного.
А может, стоит попробовать?
Подними голову!!
Там много того, на что мы давно не обращаем внимания… Видишь, лучи солнца пробиваются сквозь листву? Видишь, звёзды сияют на ночном небе, спутники, МКС…? Космос безграничен! …
Данная концепция демонстрирует образное толкование многозначности фразы «Подними голову!!». Этот призыв можно воспринимать и напрямую, и образно – «Поверь в себя», «Начни с начала», «Двигайся вперёд», «Обрети новые силы», «Не бойся перемен». Концепция демонстрирует также сферу интересов российского космоса в ближайшее время (околоземная орбита) и заявляет о стремлении к возрождению ракетно-космической отрасли России, о проводимых реформах и о новом видении целей космической деятельности.
По информации с сайта roscosmos.ru

«Я буду помнить, что за полёт Гагарина был наказан…»

12 апреля мы позавтракали и отправились за 4 часа до старта в район стрельбища, там – место эвакуации. С этого места плохо видно старт. Видимость закрывало здание МИКа.

Но хорошо видно, что от МИКа отъехал автобус ЛАЗ с космонавтами и поехал на старт. Я говорю своему товарищу, Вадиму Аданченко: «Вадим, давай пойдём незаметно вон на ту возвышенность. Ведь ЧЕЛОВЕКА запускают!» Времени было достаточно. Мы оставили расположение и незаметно оказались на возвышенности. Да! Отсюда видно всё… Как подъехал автобус к КПП старта. Как через некоторое время подымалась кабина лифта с космонавтом в ракету. И вот – долгожданная минута… «Ключ на старт! Ключ управления пуском вправо! Протяжка! Зажигание! Промежуточная… Главная!» Грохот и подъём! Мы стоим, смотрим и говорим: «Лишь бы всё было хорошо…»

А ракета всё выше и выше… И вот – только светящаяся точка. Местное время –
11 часов утра…

Жарко. Мы с Вадимом поснимали гимнастёрки. Идём, радостно делимся впечатлениями. А наши товарищи уже переходят железнодорожные пути, недалеко от казармы. Сзади слышим шум машины. Подъезжает ГАЗ-69, выходит подполковник Калюченко и говорит: «Почему оставили расположение? Ваши служебные книжки! С какого подразделения? Догоняйте строй!» При этом употребил «крепкое» словечко.

Прибыл в штаб и отдал наши служебные книжки майору Подставко. Майор отдал их мл. сержанту Каличевскому и сказал: «Наказать!» Василий Каличевский построил группу.

«Группа, равняйсь! Смирно! Аданченко, Левицкий, выйти из строя! За самовольное оставление расположения объявляю наряд вне очереди!» А чувство юмора всегда со мной: «Есть наряд вне очереди! Но пройдут года, и я буду помнить, что за полёт Гагарина был наказан…» (Смех в строю).

Приехали на старт. Фермы обслуживания разведены, пахнет горелой краской… Тишина… Все в ожидании. Я стою под стенкой кислородного подпитчика. Надо мной «колокол», и льётся мелодия песни «Восемнадцать лет» в исполнении Людмилы Зыкиной. Красота! А я думаю себе: «Вот я, парень из глухого села, участник такого величайшего события. Я знаю об этом, а Союз пока в неведении… Ну, а затем: «Работают все радиостанции!…» Триумф! Ура!!!»

Подготовил Вячеслав ЕГОРОВ

Похожие статьи

Написать ответ

Ваш e-mail не будет опубликован.